МЕСТО ФЕНОМЕНА О.Т.О. В ИНИЦИАТИЧЕСКОМ И КУЛЬТУРНОМ КОНТЕКСТЕ

При изучении любого явления необходимо знать, зачем это вообще нужно. Ответить на этот вопрос помогает понимание места изучаемого явления в общем контексте: историческом, культурном, социальном и т. д. Сам контекст можно вообразить в виде динамичной сети, в одном из узлов которой находится интересующий нас объект. В этом узле могут сходиться три типа линий:
— антериорные – предшествующие, вливающиеся, оказывающие влияние на объект;
— постериорные – исходящие, вытекающие, испытывающие влияние объекта;
— латеральные – соприкасающиеся, пересекающиеся с объектом без значительного взаимного влияния.

Когда мы изучаем инициатические течения и организации, нас точно так же должно интересовать, откуда они появились, на что они повлияли и с чем пересекались. В случае Ordo Templi Orientis (О.Т.О.) можно выделить как минимум 7 реальных и виртуальных линий преемственности (антериорных), с оговоркой, что это лишь один возможный вариант их группирования:

1) Масонская линия: Основатель Т. Ройсс задумывал О.Т.О. как «масонскую академию» и стремился воплотить в посвятительных степенях организации квинтэссенцию различных масонских уставов. Сам он имел непосредственное отношение к нескольким уставам и упоминается в официальных линиях преемственности практически всех современных модификаций устава Мемфис-Мицраим.

2) Немецкий оккультизм: Возникнув на немецкой почве, О.Т.О. был тесно связан с местной оккультной сценой и впитал её влияния (в частности, одним из первых членов ордена был известный немецкий оккультист Ф. Гартман).

3) Французский оккультизм: Франция была очагом оккультного возрождения XIX века, плацдармом активности множества масонских, розенкрейцерских, мартинистских, гностических, теософских и прочих групп, под чьим прямым влиянием находилось большинство оккультистов начала XX века. Виднейший представитель этой сцены, Папюс, также был одним из ранних членов О.Т.О. К Папюсу и французским неогностическим церквям восходит и Ecclesia Gnostica Catholica, ставшая впоследствии неразрывно связанной с О.Т.О.

4) Золотая Заря: Влияния Золотой Зари напрямую просочились в О.Т.О. при А. Кроули, однако Т. Ройсс тоже имел контакты с основателями этой организации, и, в каком-то смысле, О.Т.О. после раскола изначального Герметического Ордена Золотой Зари принял эстафету кандидата на звание «главного оккультного посвятительного центра».

5) Сексуальная магия: О.Т.О. вобрал в себя сексуально-магические учения П. Б. Рэндольфа, Hermetic Brotherhood of Luxor, И. Крэддок и др.

6) Восточная линия: Восточные влияния проникли в О.Т.О. отчасти через эксперименты йогически-тантрического кружка К. Кельнера (которого некоторые ошибочно считают сооснователем О.Т.О., хотя он умер до того, как появилось это название), отчасти через теософию, к которой были причастны некоторые ранние члены ордена.

7) Мифологическая линия: Миф – также один из основных источников, питающих О.Т.О. Это и важный для учений ордена миф о Граале, и отразившаяся в названии мифическая преемственность от тамплиеров, и мифологизированные отсылки к баварским иллюминатам, и т. д.

Как уже можно понять, О.Т.О. был активным игроком оккультного движения начала XX века, пересекаясь со многими другим организациями, однако среди латеральных линий можно отдельно упомянуть следующие:

1) Антропософия: В числе ранних членов О.Т.О. был основоположник антропософии Р. Штайнер.

2) Итальянский эзотеризм: В ранней истории О.Т.О. засветился и итальянский масон и оккультист А. Регини, который был одним из основателей Gruppo di Ur и оказал влияние на Ю. Эволу. Некоторые исследовали также отмечают косвенное пересечение с сексуально-магическими учениями другого итальянца, Дж. Креммерца.

3) Новейшее розенкрейцерство: Розенкрейцерские влияния проникли в О.Т.О. через как минимум 5 из 7 перечисленных выше антериорных линий и закрепились в учениях ордена, но стоит отдельно отметить промелькнувшую в ранней истории О.Т.О. фигуру С. Льюиса, основателя AMORC, влиятельнейшей современной розенкрейцерской организации. В новейшем розенкрейцерстве (в противоположность изначальным розенкрейцерам XVII века и неорозенкрейцерству XIX века) также примечательна организация Fraternitas Rosicruciana Antiqua (хотя её влияние преимущественно ограничивается Латинской Америкой), которую основал ещё один посвящённый О.Т.О., А. Крумм-Хеллер.

В ходе своего развития феномен Ordo Templi Orientis породил множество ответвлений, от различных модификаций собственно О.Т.О. до неотелемитских групп и «маатианской телемы» Ч. С. Джонса (Frater Achad) и М. Инголлс (Soror Nema). Здесь же имеет смысл перечислить лишь те постериорные линии, которые обрели некоторую самобытность и обособленность:

1) Сатурнианский поток: На базе раннего О.Т.О. и близких немецких оккультных групп возникла организация Fraternitas Saturni, вскоре превратившаяся в самостоятельное явление со своими расколами и разветвлениями (Ordo Saturni, Communitas Saturni), хоть и преимущественно ограниченное немецкоязычными странами.

2) Тифонианский поток: К. Грант, ученик А. Кроули и основатель «Тифонианского» О.Т.О., поднял оккультное фантазирование на новый уровень и оказал заметное влияние на современный оккультизм, что позволяет выделить его «тифонианскую телему» как самостоятельное явление.

3) «Гностическое вуду»: Своим путём развивалась организация O.T.O. Antiqua (вместе с её группами-сателлитами, такими как La Couleuvre Noire, Monastery of the Seven Rays, Ecclesia Gnostica Spiritualis, The Choronzon Club), основанная Л. Ф. Жан-Мэном и вобравшая влияние гностицизма, масонства, мартинизма, гаитянского вуду и многого другого. М. Бертьё привнёс в О.Т.О.А. элементы телемы, что позволяет охарактеризовать современное «гностическое вуду» и его производные, такие как «космический гнозис» Д. Бета (La Société Voudon Gnostique, Fraternitas Borealis, The Fiends of Aiwass, Ecclesia Gnostica Aeterna), как посттелемитские течения.

4) Другие посттелемитские организации: Здесь можно отметить «драконианский поток» Т. Карлссона и его организации Dragon Rouge (Ordo Draconis et Atri Adamantis), где нашла развитие линия А. Кроули – К. Гранта, но со своим узнаваемым оттенком; а также «саббатическое колдовство» Э. Чамбли и организации Cultus Sabbati (кстати, какое-то время тесно сотрудничавшей с Тифонианским О.Т.О.), где художественный талант, визионерство и богатое воображение основателя позволили преобразовать синкретический винегрет из множества влияний в стройную и самобытную систему.

Как можно видеть, мы имеем дело с одной из самых влиятельных оккультных и посвятительных организаций XX века. Однако оценка её роли в широком социально-культурном контексте требует более тонкого различения. С одной стороны, мы не видим в О.Т.О. влиятельных политиков, писателей, философов, учёных, как это было, например, в масонстве XIX века, и сама роль оккультизма и инициатических организаций в современной культуре изменилась.

С другой стороны, А. Кроули, самый видный представитель и реформатор О.Т.О., в целом ряде аспектов смог нащупать актуальные вопросы времени и дать толчок интересным начинаниям. Его эпатажный имидж, обращение к табуированным темам и принятие на себя роли религиозного пророка и «Зверя Апокалипсиса» – это вызов религиозному, суеверному и ригидному в моральном плане обществу начала XX века. Поэтому неудивительно, что он стал одним из предвестников контркультуры второй половины века: его влияние  простирается от Т. Лири, Р. А. Уилсона, У. Берроуза и «магов хаоса» до околомузыкальных субкультурных движений.

Разработанный Кроули в рамках инициатической системы А.’.А.’. принцип «научного иллюминизма» дал импульс для экспериментального исследования мифологических систем рациональными средствами и продвинутой работы с метафизическими уровнями без привязки к традиции. А дополнение им системы О.Т.О. Т. Ройсса XI степенью – это весьма проницательная и символичная в своём абсурде кульминация эволюции мифологического сознания.

Очевидно, что наработки О.Т.О., А. Кроули и их последователей не свободны от проблем, недостатков, ошибок, заблуждений, патологий и делюзии. Следовательно, их адекватное изучение требует понимания контекста и широкой перспективы, критического подхода, а в некоторых случаях даже экспериментальной проверки. Такие возможности даёт Программа «Учение и система инициации О.Т.О.».

 


© Роман Черевко